Рассказ первый. Бакара, кабель и кабан

Одной из самых неприятных особенностей работы в Бакаре являются проблемы, связанные с обрывом оптических кабелей. А уж если подобное случается ночью, то тем более. Ну, а если вы особенно провинились перед кармой, то с пятницы на субботу.

   Дело тут в том, что суббота (как и любой другой день) в Израиле наступает вечером накануне. Т.е. для нормальных людей в пятницу. Около 19-20. И в это время принято обжираться «шаббатней» трапезой всей семьей у родителей, пить вино и в принципе о работе не помышлять. И если на ваше счастье проблема случилась ночью, то начинаются танцы с бубном, на предмет разбудить начальника кабельщиков в соответствующем районе, объяснить в чем проблема и добиться от него отправки бригады в нужное место. О котором, кстати, не всегда понятно где оно. И так два-три раза. А после того, как несчастные, сонные техники отправились на место, ждать от них всяческих пакостей. Типа, ну нет тут кабеля. Нет, мамой клянусь. Тут лес, дорога, пустыня, военная база. Нужное подчеркнуть.

   И вот. Сидим мы с напарником ночью с пятницы на субботу. Время – чуть перевалило за полночь. По телевизору важный футбол, баскетбол или кино. Мирно позевывая и попивая пятый или шестой стаканчик кофе, обсуждаем, кто из нас первый отправится на заслуженную перемену. Двое в огромном зале. На мониторе (10 телевизоров по 42 дюйма каждый, связанные в один огромный дисплей, на котором время от времени появляются предупреждения о возможных неполадках в инфраструктуре) почти ничего. Бизнес-отдел (поставляющий нам проблемы с важными клиентами типа банков, сотовых компаний или армии) мирно почивает. Короче – идиллия. И тут…

   Трах-тибидох. На мониторе одна за другой появляются около ста предупреждений о проблемах с интернетом, телефонией и прочей лабудой. Район Кармиэля. Север, короче. На другом мониторе мы с ужасом обнаруживаем, что количество потенциальных пострадавших от происходящего приближается к нескольким тысячам. По градации Безека —  супермегаохренительная проблема, требующая немедленной побудки высокого начальства, вплоть до начальника департамента, который уже, в свою очередь, осчастливит заместителя генеральной директорши. Не говоря уж о кабельщиках. Те, по мнению вышестоящих, должны быть уже там через 5 минут.

   Вздыхая, как тяжелоатлет перед решающим рывком и свирепея от понимания того, что отдохнуть уже не удастся, мы, привычно, разделяем обязанности. Я беру на себя обзвон и подъем техников и всех, кто должен знать о происходящем, а коллега – Нир, начинает разбор полета на предмет определения места обрыва кабеля. То, что это – кабель сомневаться не приходится, ибо в течение 5-7 минут с начала праздника, мы уже получили звонок от главного в нашей фирме по ТВ, который, с дрожью в голосе, поведал совсем уж страшное. Часть Севера страны может остатбся без кабельного телевидения. Хуже этого может быть только война на три фронта. Или поражение баскетбольного Маккаби в финале Евролиги. От ЦСКА. Не приведи господь, конечно.

   Примерно через 15 минут мы с Ниром «сверяем часы». Он выяснил, что, обрыв произошел в нескольких километрах от маленького городка. Глянув на карту нашей необъятной родины, мы с ужасом обнаруживаем, что место обрыва находится прямиком в лесу. Нир со свистом клянет неизвестную маму, решительно отставляет от себя чашку с черным кофе и отправляется за «самым крепким кофе». Молча выпив, мы начинаем второе действие марлезонского балета.

   60 минут – полет нормальный. Начальство, озверев от звонков от коллег в сотовых и прочих компаниях, обещает нам кары небесные. Мне понижение в зарплате, а Ниру, как нашему главному бабнику, житие без секса на полгода минимум. Наливаем еще по кофе.

   90 минут. Кабельщики собраны и через 15-20 минут должны прибыть на место. Мы еще раз вздыхаем, и Нир докладывает наверх, что вот еще чуть-чуть и всем будет счастье. Начальник милостиво понижает срок до трех месяцев. Еще по 50 грамм . Если б мы только знали, что нас ожидает.

   Квинтэссенция.

   Кабельщики на месте. Но найти обрыв не могут. Да, признают, что где-то рядом. Но колодца, в котором стыкуются кабели, нет. Вот нет и все! Да обыскали все уже вокруг… Темно как у эфиопа в… Нету… Далее происходит следующий диалог.

(Нир) — Мне по фигу! Ищите!! У вас пять минут!!! Начальству доложу, что вы не фига не делаете!!! ААА!!

(Моше – начальник бригады кабельщиков) — А я на вас!! На начальство!!! На весь ваш семейный альбом!!!! Сам ищи, ни черта не видно. Лес. Елки. Сосны, нах!!!! Давай на утро. Шакалы воют!

(H) — Моше, какие шакалы!!! Нас обоих выкинут на хрен!!! Какое утро?! Сейчас!!

И тут наступает кульминация. Слышится крик, потом еще один. До нас доносится мат-перемат и Моше что-то орет своим, те ему.

(М) — Короче, нашли.

(H) — Ура. Я тебя люблю.

(М) – Не радуйся раньше времени. Плохо дело.

(H) – Ну, что еще?

(М) – Тут, это… Такое дело…

(H) – Ну!!!

(М) – Он большой и хрюкает.

И начинает ржать в голос.

Через 5 минут Моше объясняет, что огромный кабан, каким-то невообразимым образом, свалился в колодец и в ярости от такой подставы разметал в нем все оборудование. Теперь он сидит там, периодически похрюкивает (его по голосу и обнаружили) и настроен весьма недружелюбно. Мы в колодец не полезем. Зовите дрессировщика, факира, общество охраны животных, кого хотите. Пока он там, мы чинить ничего не будем.

   Дальше стало уже не так интересно. Пока мы нашли человека с особым ружьем, пока он приехал, пока усыпили секача, наступило утро. В 8 часов мы со спокойной душой передали дела утренней смене и отправились спать. А коллеги еще долго потом рассказывали, как кабана вынимали из колодца, и как там оказалась еще чудом уцелевшая лиса, которая все-таки укусила Моше за ногу, но это уже другая история.

Добавить комментарий